«С ней вообще ничего делать нельзя, она же всего боится»

Мужчина.

Правда заключается в том, что женщина боится. Боится часто и много. Страхи ее варьируются от бытовых «что, если в самый ответственный момент поедут колготки» и до глобальных «как страшно жить».

Женщины боятся, что
- если у меня растреплются волосы и все будут надо мной смеяться
- если в этом фильме будет плохой финал и, я буду потом неделю расстраиваться
- если корж не поднимется, а у меня гости
- и т.д. (вот здесь об этом и о том, что с этим делать, целый каст)

Самые смелые из нас эти страхи тщательно скрывают: мы боимся, но делаем вид, что нам не страшно.

Когда мама готовила что-то новенькое, складывая туда все, что найдет в холодильнике, я, подтягиваясь на цыпочках, осторожно спрашивала: «а, что, если не получится». Мне лично было страшно за то, что может не получится, и еще я была маленькая и глупая, поэтому могла спрашивать это открыто. На что мама весело отвечала «не получится – тихонько выбросим».

А сама взволнованно поглядывала туда, где что-то шипением и шкварчанием давало о себе знать. Сегодня я говорю то же самое, так же весело и также взволнованно поглядываю на то, что так не хочется тихонько выбросить.

Женщины боятся разного.

Те, что поглупее боятся этого открыто и считают, что по-другому быть не может и это раздражает (даже, других женщин. даже больше, чем мужчин, потому что «ну, нельзя же быть такой дурой – из-за тебя же мужчины думают, что все мы такие»). Те, что поумнее понимают, что боятся этого глупо, но боятся от этого не перестают.

Иногда, я с внутренним криком «аааааааааааааааа!!!!!» и непроницаемым лицом совершаю то, чего очень боюсь. Несколько лет назад, когда катамаран, набрав воды, наклонился набок, сбросив нас в осеннюю ледяную глубину озера, я отчетливо услышала это «аааааааааааааааа!!!» Теперь я знаю, как оно звучит, если звучит вслух.

Смелым и умным приходится хуже, чем глупым. Им приходится еще и скрывать то, что они боятся. По сути, скрывать то, что они родились женщинами.

Поэтому женщина ищет не только мужчину, который смог бы ее защитить, и с ним ей было бы не страшно (хотя, это тоже важно). Она ищет такого, с которым можно было бы смело бояться. Понимаете разницу?

И, чем сильнее мужчина старается стать мужественным и быть каменной стеной, тем тяжелее ему даются женские страхи.

«Ну, и чего здесь боятся?» – ухмыляясь, спрашивает он.

И становится сразу стыдно за то, что ты, по сути, женщина – слабое и трусливое существо. И еще становится понятно, что за этим вопросом стоит самолюбование. Такое типичное мужское самолюбование. Когда женщина должна сидеть в зрительном зале, громко кричать «ураа!» и в воздух чепчики бросать, пока мужчина в свое удовольствие играет на сцене мускулами. (Поймите правильно, я обеими руками за то, чтобы восхищаться мужчинами, более того, я и дня не могу прожить без этого восхищения. Но не этим восхищается женщина)

А вот, когда мужчина, прижимая к себе, так тихо и спокойно говорит: «ну, чего ты боишься?», то тут же сразу становится понятно, а и правда, чего это я. И еще становится понятно, что он за тебя (и вот тут, именно тут, есть место большому восхищению мужчиной).

И, если вы знаете, как сделать так, чтобы с вами было бы не страшно бояться, то вы бесценный мужчина.